chautbenaht: (поле)
"Военный реквием" Дерека Джармена - мощное впечатление как раз при сопоставлении с минималистической обстановкой / конструкцией фильма как такового: театрализованная абстракция. При просмотре расцвела идея что если делать киноленты по столь многослойным произведениям как (для примера) "Finnegans Wake" Джеймса Джойса, "Gravity’s Rainbow" Томаса Пинчона, "Tombeau pour cinq cent mille soldats" Пьера Гийота, "Wizja lokalna" Станислава Лема - то только в подобной творческой манере (с умеренным использованием возможностей цифровых технологий и прочих мультипликационных эффектов).
Резкое ограничение - режиссёр должен быть отморожен чуть менее чем на всю голову (Джармен показателен): удалось же Дэвиду Кроненбергу экранизировать берроузовские помрачения в весьма (технически) скромном "Naked Lunch", совершенно отступив от буквы книги и сделав авторские акценты в полифонии её духа.
В более популярном (массовом) изложении хорошим примером будет бюджетный сериал "Wolf Hall" по изощрённой (в пределах жанра "исторический роман" для широкой аудитории) дилогии Хилари Мэнтел.
chautbenaht: (память)
неспеша напиваюсь лицом к лицу со своими профилями в соцсетях (вариация на тему Чарльза Буковского)
chautbenaht: (Default)
Вагон вечерней электрички, из мегаполиса в пригород. У окна развалился толстобрюхий мужик - чёрная густая борода, всклоченные кудрявые волосы. Рост средний. На первый взгляд принимаешь его за бомжа, однако чист и опрятен (за исключением шевелюры), на нём тёмно-синие джинсы и чёрная куртка искуственной кожи (фасон вроде плебейский, зато как новая). Оюращаяе внимание не внешностью, а манерами - на скамье перед собой и рядом разложил барахло: поношенный рюкзак и покет из крафт-бумаги. Час пик, не всем пассажирам хватает места сесть, но бородач не шевелиться освободить сидения от своего хозяства.
В самом начале поездки из-за спины другой мужик передаёт объекту бутылку 0.7 какого-то импортного бухла цвета мочи (виски? бурбон?), к горлышку которой последний сразу припадает, делая затяжной глоток. Хотя рядом с ним лежит палочка шоколада в обёртке, пузан просто запивает алкоголь из бумажного стаканчика и прячет пузырь. До этого момента считал его бомжом, едущим со столичного промысла.
Чуть позже мужик извлекает трубу и начинает беспрерывно громко бухтеть в течение четверти часа с 3 - 4 адресатами. Сперва пьяный трёп о любви к ближнему с пошло-ласкательными обращениями, затем деловой и командирский по организационным (рабочим?) делам. Речь идёт о возведении храма, причём персонаж явно играет не последнюю роль в процессе. Тут пересмотрел оценку случайного попутчика.
Картина живописная, даже кинематографичная. Взьелся на толстобрюхого лишь по одной причине - на хуй нужен его хра,м если их сиятельство не находит возможным дать сесть женщине в годах на фактически свободное место.
chautbenaht: (память)
в утреннюю электричку на платформе студгородка Физтеха забирается парень в массивных очках, обмундированный "по направлению к хипстеру", но без фанатизма, и раскрывает покетбук от "Азбука-классики". боковым зрением распознаю в его руках - Джеймс Джойс "Улисс" книга первая. чувак прочёл уже больше половины и, насколько можно судить по скупой мимике лица, процесс ему нравится.
пожалуй, первый раз вижу читающего роман в живую (так, чтобы книга не была вручено мной, впрочем - все знакомые рано или поздно обломались, хотя некоторые хорохорились и врали; лишь один, циник-философ да пьяница-сребролюбец в одном лице, без лишнего гонора прочёл, может даже раньше меня самого).
и не ожидал от издательства, славного дурным вкусом в подборе иллюстраций, выпуска монумента ультрамодернисткой прозы в бюджетном сегменте: разнообразных сборников Джойса натиражировали с избытком за четверть века, а высоколобые сейчас скорее скачают электронный формат на читалку или планшет, чем будут красоваться по старинке.
chautbenaht: (поле)
Вечером перечитывал "авангардовское" издание 2013 года "Э.Э.Каммингс и Россия" и лишь тогда дошло что раскручиваемый в сети последние недели демотиватор на основе кадров сериала "Ходячие мертвецы" (или как правильно назвать - дискурс-карикатура?) "..., Карл!" вполне может быть ассоциирован с переосмыслением советского багажа папы Карло Карла Маркса. Что вовсе не обязательно будет обидным для памяти & фигуры последнего.

(некий постмодернизм в квадрате в фигуративном русле "Записей и выписок" Михаила Гаспарова)
chautbenaht: (память)
Москву переименовать в "Поселение", а в ней:
- улицам, проспектам, бульварам, переулкам дать имена "Проектируемый проезд №...",
- площади станут "Открытое пространство №...",
- станции метрополитена отныне "База сообщения №..."
Номера даются случайной выборкой генератора больших чисел - а) шестизначные, б) четырёхзначные, в) трёхзначные.

Завиральная идея возникла при чтении популярной книжки Зиновьева "Сталинское метра", а именно - раздела об открытии глубокой Арбатской ветки. Вообще же самая шизофрения в этом тексте (богатом информации о декоративной составляющей, но ничтожно мало сообщающем об инженерных аспектах) в перечислении изображений и статуй Гуталина, которыми обляпывали "подземные дворцы" сталианса.
chautbenaht: (поле)
Размышляю о том, что стал совсем иначе воспринимать облачные громады в небе: в объёме и оттенках освещённости. Предположение в духе "с годами зрение улучшилось" смахивает на ненаучную фантастику, но высказывание "дело в распознавании образов, т.е. усложнении алгоритмов обработки сигналов из глазных яблок в соответствующих зонах головного мозга" имеет вес.
Понимать можно по разному - от простой тренировки взгляда, залогом чему служат сотни фотографий облаков в различных условиях и с различными установками камер, до попытки выстроить синтетическую конструкцию, в которой будут заложены как результаты непосредственных наблюдений, так и привнесённые из чтения / разговоров и другого созерцания (картины, фильмы, иные среды итд) концепты. Можно удариться в экстремизм, по примеру героя рассказа Данилы Киша, и заявить об ответственности патологических процессов в нервной ткани.
Десять лет назад в астраханских степях, развалившись в перерыв около раскопа, видел в зените вытянувшуюся строчку из десятка облачков, уподабливавшихся иероглифам (скорее японским, чем китайским, тем более - не корейским). Прочесть их, разумеется не мог - за незнанием языка и его письменности. Однако они висели в тот жаркий полдень над мной - возможно для того, чтобы осенью рассказать об этом девушке. Она улыбнулась, полушутливо отозволась "Романтик". А потом мы расстались и сейчас, как думается, эти призрачные иероглифы помню лучше чем её лицо и руки.
Больше таинственных знаков письменности на небосклоне не наблюдал, теперь заворожен громадами плотно сконденсированного пара в атмосфере, игрой света и тени на его массах и границах. Эффекты освещения от восходящего / заходящего солнца, молний или электрической подстилки городских территорий не имеют подобной силы, хотя временами преподносят чудные сюрпризы.
chautbenaht: (Default)
Перечитал "Преследователь" Кортасара, впервые лет за десять (если не больше). В "кортасаровские" девяностые пока были молоды да глупы это сочинение имело легендарную славу, почти свинцовую (в понимании физической тяжести и защиты о уничтожающей радиации).
В кружке провинциальных рокеров и их телесной ауры никто в подобие (анти)героев кортасаровской притчи не вписывался, зато воображать было интересно. Затем выходило по всякому, однако совсем не в той пасмурной романтике, что звучала с бешеным саксофоном паранодоедальными гитарами.
Текст хорош - без оговорок, даже с тем избыточным давление дешёвого спиртного парижских забегаловок и сексуальной анархией. У аргентинского писателя сии элементы поэтики не самый страшный грех, скорее - занудный.
Попробовал рассмотреть с точки зрения журналистики, только зауженные рамки у сюжета выходят.
chautbenaht: (под)
I. Как последствия ремонтного сотрясения бытия - вывернутые на изнанку содержимые книжных полок и углов, перетасованная и раскиданная бумажная толща. Именно это выволокло на свет дня два серые книжицы за титулом Министерство обороны СССР и знаком пятиконечной звезды - потолще
Наставления по стрелковому делу (М., Военное издательство, 1985),
- и потоньше
Приемы и способы действий солдата в бою (М., Военное издательство, 1988).
Самое удивительное, что их скупой казенный слог, описывающий сугубо функционально деятельность военной машины в живом / неживом проявлении, можно читать предпраздничным вечером почти как авантюрно-мистический роман. Остаётся только надеяться, что столь же редуцированные к изображению основных положений / вещей рисунки на пожелтевших страницах дешёвой бумаги не вернуться в сновидениях.

II. Изрядно сдавший под грузом лет физически и умственно человек, ещё помнящий военную пору. Вдруг раздаётся звонок телефона, а из трубки - голос тёзки и сослуживца по некогда дислоцированной в этом городе танковой дивизии. Прошло тридцать лет - он был начальником медицинской службы полка, его собеседник - химической.
На три минуты по военному чёткого и лаконичного разговора со взаимными поздравлениями старик переживает почти чудесную трансформацию: спина выпрямляется, черты лица обретают графическую чёткость, голос звучит по плацпарадному звонко.
Разговор заканчивается и бывший офицер / бывший врач вновь уходит в старческую дремоту.
chautbenaht: (перекат)
Место действия: холл-коридор благотворительной организации.
Человеческая среда: клиенты в основном преклонного возраста и не многим моложе их сотрудники (большей частью - женщины).
Сюжет: периодически, то по два раза на неделе, то раз в месяц, кто-то (в рамках мероприятий по очищению жизненного пространства) вываливает на стол "на поток и разграбление" по две-три дюжины книг. В основном - переводная художественная литература, некогда составлявшая предмет досуга и гордости советского интеллигента с повышенными запросами к себе. Сохранность практически безупречная либо - стыдятся выносить изношенные вещи.
Прозы в несколько раз больше чем поэзии, изредка попадаются какие-нибудь мемуары, исторические (популярного характера) работы, словари. Почти все в твёрдом переплёте.
В последний раз основу выброса составили романы Джеймса Олдриджа и Герберта Уэлса, изданные полвека назад. В добавок идут по несколько книг английской, французской, немецкой, испанской классики. Бывает даже экзотика в виде японцев (тоскливый К.Оэ, изданный в брежневские годы) или каких-то африканцев.
Книги лежат уже вторую неделю - разбирают вяло. Горка постоянно тасуется, но неизменно на верху лежит светло-серый томик прозы Леонида Леонова (повести, рассказы, выступления) чуть ли не сталинских времён. Листают, однако не зарятся (я тоже не соблазнился).
Сам в разное время прихватил там отличный сборник стихотворений Баратынского (аж 1945 года издания), академический том русской поэзии XVIII века (в шикарном переплёте) и шутки ради - набитый схемами и выкладками "Код" Чарльза Петцольда.
chautbenaht: (перекат)
Сновидение: в неком месте сосредоточены три тысячи танков - на хранении. Разные нехорошие деятели, поодиночке и организованными группами, жаждут растащить все это "добро".
Находясь в совсем другой точке, без персонала и оборудования, я ответствен за наличие техники по спискам. Задача - путём переговоров (с кем-то) и организации журналистких расследований препятствовать заинтересованным лицам в поживе.
chautbenaht: (Default)
В тёмно-синем небе рыхлое перистое облако вытянулось с юго-запада на северо-восток, в форме можно было угадать двупалую клешню. Городские огни придавали всему образованию потусторонний малиновый окрас — не буйный как солнечные лучи при восходе или закате, а мертвящий, синтетический. В разрыве перьев виделась одинокая звезда, прямо на грани задымленности; на остальном пространстве небесная сфера хранило чистоту.
Легко было вообразить как клешня устремиться вниз и сомнёт неуклюжие конструкции трёх высотных призм вдоль Дмитровского шоссе. Сперва  исчезнет свет в окнах этажей, сверху вниз; затем погаснут тревожные красные огни псевдо аэронавигации на крышах, ну а напоследок донесётся шум разрушаемых материальных сущностей. И тогда вновь образовавшееся ядро разнородной материи ринется по баллистической траектории вперёд и вниз — на станционную платформу: сперва порвёт провода, а затем скрутит рельсы, разобъёт плиты, вздыбит насыпь.
Но вот из-за поворота спешит потрёпанная зелёная электричка — нырок в её чрево и освобождаешься от давящего (однако не удушающего) чувства небесной кары.
chautbenaht: (Default)
В четверть шестого вышел на станцию Боровицкая - сразу бросилась в глаза сверхплотная толпа на перроне северного маршрута. Впрочем, сутки назад здесь же было очень похожее зрелище - пропустил подошедший состав и спокойно загрузился в следующий. На табло три минуты с гаком ожидания, проходит ещё пара - поезда нет. Вот тут и забеспокоился - народ-то подваливает, через платформу к началу уже с трудом протискиваются. Вот и состав - внутри полно, снаружи ещё больше. Хлынули из, пошли на штурм в - даже не пытался. когда механическая гусеница отчалила - на месте намечённой двери гуртовалось изрядной скопление хомо сапиенсов урбанус, зато соседний пяточёк мозолил глаза пустой. Метнулся туда, за плечами сразу три батальона четверых. Ждать нам пришлось вновь пять с лишним минут, меня внесло легко - в авангарде, а вот замыкающий впихивались как угорелые.
Гораздо ядрёнее процесс пассажирооборота свершался на трёх следующих остановках - подобный напор человеческих тел ощущал лишь при прорыве милицейского оцепления на Триумфальной осенью 2009 года. Что симпатично - несмотря на все драматические моменты в вагоне царило почти карнавальное оживление, народ в большинстве с юмором комментировал ситуацию (особенно женщины полной комплекции). Матюги звучали едва слышно лишь в максимально нажимные моменты.
Савёловская огорчила - вместо того чтобы рассосредоточится по посадочной дистанции (на половину вообще пустой) народ иррационально скопился напротив второго - четвёртого вагонов и огрёб давку в комплексе со столкновением с вываливающиеся лавиной.
Уже дома посмотрел новости - про неполадки на серой ветке писали как-то неохотно, расплывчато. Больше всего убило что ситуация у метрополитена обострялась с 14.50, но никто не почесался дать объявление на пересадочных маршрутах "Пользуйтесь альтернативными путями".
chautbenaht: (Default)
Девять пятиэтажек квартала семидесятых годов постройки образуют в плане шестиугольную фигуру с тремя прямыми и одним тупым вогнутым углами. Условно ориентированы - пять корпусов в долготном и пять в широтном направлении. Внутреннее пространство - два больших двора и два узких.
Зимой на крышах меридиональных зданий скапливаются большие массы снега и льда, нависая глыбами по внутренним углам и над подъездами (северная сторона, в перпендикулярных - восточная). Крыши "параллелей" относительно чисты.
В восьмидесятые годы большие дворы занимали детские песочницы и асфальтобетонные площадки под спортивные игры; южный двор был засажен многолетними высокими деревьями (абрикосами? тополями? каштанами? - не разбираюсь в ботанике), северный - свободен, только по углам - низкие чахлые ивы). Вдоль восточной грани, под домом, шла линия огородов, разбитых на квадратные участки. Четверть века назад - предмет зависти соседей и настороженности хозяев, сейчас практически полностью заброшены и летом заростают каким-то нездоровым сорняком. Также линии огородов были под окнами в западном узком дворе и с восточной внешней стороны (заместо газона, отделяющего квартал многоэтажек от проезжей улицы и обширного частного сектора за ней).
Узкие дворы разнились - один (дальний) был благоустроен, с лавочками, песочницами и качелями для малышни, другой ("въезжий") на треть занят четверкой гаражей (два кирпичных, два железных). Впрочем, детские площадки были и там - по обоим концам.
Для нужд населения были выгорожены три площадки со стандартным мусорными контейнерами (по четыре штуки). Пакеты тогда, в советские годы, ходили в дефиците, так что отходы шли в ведро. По вечерам механический мусоровоз просто забирал заполненные контейнеры, сгружая взамен пустые.
Покосившиеся сараи из серых необструганных досок группировались в двух местах по северной стороне. Южная обозначалась улицей, давшей почтовый адрес этому жилью (в т.ч. пять домов и дополнительным индексом /1...5). К северу, за тонкой линией двухэтажных "сталинских" бараков и (в восточной части) частных дворов, были расположены школа и детский сад, между ними - котельная. С запада проезд отделял от еще одного детсада (вроде бы - ясель, почему-то считался привилегированным).
В те годы тут, между домов, было довольно таки зелено и относительно чисто - ежедневно выгуливал пса, так что запомнил. Травой была покрыта большая часть внутреннего пространства, бордюры и заасфальтированные проезды вроде смотрелись нормально (этот момент плохо помню). Зато дорожки к школе и детсаду шли через неокультуренные, по сути выбитые машинами, полосы земли, и в ненастную погоду превращались в труднопроходимые грязевые топи. Весной и осенью предпочтительнее было сделать круг вдоль магистральной улицы посёлка, чем бежать напрямик в школу.
Деградация дворов началась в девяностые - сперва их вытоптали и безнадёжно замусорили. Нищета первых постсоветских лет обрекла придомовые газоны - их принесли в жертву огородам с мизерной урожайностью и сомнительной экологией. Затем началось автомобильное нашествие, вовсе не предусмотренное советскими урбанистами, - в несколько лет покрытие проездов было убито до состояния экстремального полигона, а камень бордюров в большинстве случаев выломан. Исчезли детские песочницы, лишь несколько лет назад вновь поставили лесенки и качели для увеселения детей. Но через год-другой их выломали молодые гопники. Сохранились одни врытые автомобильные шины.
Сейчас в дворах и проездах по вечерам паркуется свыше сотни машин - от малолитражек до микроавтобусов и лёгких грузовиков. В рабочий полдень их число сокращается раз в пять или шесть, но всё равно с избытком.
Дворник чистит разгромленные тротуары, но на проезжей части после обильных снегопадов и стойких морозов третью неделю плотная каша, местами сантиметров двадцать глубиной (где особенно страшные выбоины). Водители изо дня в день месят этот ужас и буксуют в нём, вместе с ними - часто и пешеходы, ибо пройти больше негде. Но вот раз собраться всей массой (это свыше сотни человек минимум) с лопатами или хотя бы скинуться и нанять уборщиков - это им не по силам.
chautbenaht: (Default)
После чёрт знает какого перерыва наведался в Ленинку - что было, то и осталось. Почти манихейский дуализм: компьютерная система контроля учёта входа-выхода по штрих-коду читательских билетов vs полицейского вневедомственной охраны, вручную собирающего учётные листки. Извечные злобные бабки - одна выдаёт листочки и вновь считывает штрих-код, вторая их штампует и вновь считывает... Добродушный дядька в преклонных годах из ЧОП следить за парой турникетов, перед которыми периодически скапливаются заторы...
Отдел военной литературы ликвидирован, проход по этажу закрыт на кодовый замок...
Из отдела новых поступлений убрали (вроде уже давно, переведены в электронную форму) авторефераты кандидатских диссертаций. В прежние годы среди них частенько совсем уж безумного мрака либо back in USSR видел...
Немного ностальгии - именно в (условной) тиши библиотечных залов у меня усиленно работала творческая фантазия - уставая от научных штудий записывал разнообразные прозаические опыты. И в этот раз, положив перед собой (любопытства ради) свежеизданные книжки - опыт реформ полиции в царской России (уже эксплуатируют актуальную тему!) и первый выпуск статей по истории и историографии тевтонского ордена (Калининград радеет о своих корнях!), - что-то пузырилось в мозгах, формировались фрагменты и выковывались силлогизмы. Но вот беда - забыл блокнот и ручку - за день всё испарилось.
chautbenaht: (towwerr)

Прошёл мимо здания на площади Труда*, в котором отныне размещается Центральный военно-морской музей (бок о бок с Новой Голландией). Внешне производит впечатление — остроправленная трёхэтажная призма сурового краснокирпичного стиля. Внушительная кубатура, рациональное использование пространств амбара корабельных материалов (на деле это бывшее здание Флотского экипажа). В принципе, вполне европейская картинка для подобных, технических и военных мемориальных учреждений (если судит внешне, побывать внутри не было времени, да и особого импульса), другая аналогия — более бюджетный вариант Кронверка, в котором расположился центральный артиллерийский музей.

В то же время не удержался от умственных спекуляций — символическое значение смены роскошного здания Биржи (проект Тома де Томона) на Стрелке Васильевского острова на лапидарный функционализм (архитектор Иван Черников, перестроен Александром Кудиновым - по данным Википедии) сооружения века пара и металла. Классическое белое здание с его портиком и выдающейся двухскатной крышей адресовалось к пафосу Большого*, затем Океанского ракетно-ядерного* флота, призванного застолбить величие СССР на водных поверхностях всего земного шара, нести весть о «социалистической империи» в самые дальние его уголки.

Теперь же второстепенное государство Россия, с жалким набором старых лоханок в роли ВМФ и на две трети выдуманной «великой историей» своей морской мощи, отвело инструменту репрезентации своего военного и исторического величия гораздо более скромный уголок. Вроде бы недалеко от центра, однако в немноголюдной зоне; рядом есть вода, да только узких каналов, а не широкая перспектива Невы с памятниками Империи — крепостью, дворцами, мостами. В день флота теперь не перед его музеем будут нести факелы ростральные колонны и торжественно обозначать присутствие (перед глазами налогоплательщиков) корпуса военных кораблей.

Теперь всё скромно, подобно специфической развлекательному мероприятию для небольшой секты энтузиастов.

* - унаследованное от предыдущей общественной формации, когда город на Неве больше почитался в роли "колыбели трёх революций", чем иной. Про трагедию Блокады слово у пропаганды находилось, но довольно-таки препарированное. Впрочем, флот - это реально в первую очередь именно ТРУД, без преувеличения - титанический. Так что адрес вполне уместный.

** - именно так, с заглавной буквы, эти определения давал советский официоз, прославляя своих вождей и предлагая неясную "славу" народу страны взамен буржуазной сытости.

chautbenaht: (Default)


Когда неглубокий раскоп, который с напарником долбите в жёсткой глинистой земле (некогда эта поверхность была дном водоёма), обтекает стадо крупного рогатого скота местного населения. Утром пастух всей этой живности энергично живописал о буйном нраве быков-"калмыков", под настроение сносящих все что им не понравиться. И вот в хвосте стада мы видим каких-то рогатых верзил весом за тонну, уж больно мрачно смотрящих в нашу сторону.
Само собой, деревенские любят попугать горожан страшными рассказами из своей повседневной малопримечательной жизни. Этому же парню просто скучно всё лето изо дня в день рысить на лошадке в сопровождении двух вываливших до земли языки овчарок и надзирать за своими подопечными - этими бродячими грудами мяса. Он рад нам, искренне и без задней мысли - оба дня регулярно подъезжал ко всем трём раскопам, спрашивал, вполне связно и без чудачеств, про поиски и находки, делился историями из сельских будней...
Вся археологическая партия рассеяна вдоль линии исследования, ближайшие соседи метрах в шестистах. Вокруг ни деревца, до высоковольтных мачт метров триста. Бежать некуда, остаётся только взять покрепче штыковые лопаты и внимательно следить за зверьём.
Стадо не спеша шествует мимо, среди коров снуют козы и овцы, а вдали нагоняет тварей общительный пастух. Мы с тёзкой переводим дух и продолжаем копать третий штык.
От животных в раскалённом степном воздухе остаётся один густой запах навоза и докучливые мелкие мушки, сорвавшиеся с их шкур...
chautbenaht: (Default)



Из очень старого: результат упражнений с режимом настроек.
Фотография эта послужила материалом для разных безумных экзерций в графических редакторов, вплоть до опорной визуализации обложки мифической книги, тексты которой большей частью так и сгинули в сумятице моего воображения :)
chautbenaht: (Default)
Сновидение - в дикой смеси элементов каноничного "Маугли" от Р.Киплинга со вкраплениями структурных единиц из творческого наследия А.и Б.Стругацких ("Малыш", добавик лёгкий привкус "Улитки на склоне" посредством создания общей атмосферы беспокойства и природно-климатического антуража места действия).
Суть - от меня как очевидца происходящего: в составе некой группы молодых исследователей (привет тлеющим импульсам студенческих устремлений!) где-то на субтропическом морском берегу. Дело после работы - отдыхаем; прямо на взморье обнаруживаем некие давние полуразрушенные бедные строения. Что-то происходит - тут миролюбиво настроенная волчья стая, а среди животных - здоровая и приветливая девочка лет шести или семи, не владеющая речью. Тут просыпаюсь
В целом настроения тёплое, солнечное, однако последние моменты - поиск контакта с живыми шли с нарастанием ощущения угрозы.
chautbenaht: (Default)
Белорусский пригородный (он же Смоленский) железнодорожный вокзал - мекка любителей проехаться на электричке задарма: много подходов, декоративное ограждение, паразиты-охранники, облепившие выключенные металлодетекторы на входах в здание и носа не кажущие на платформах. За последние годы не раз наблюдал ухищрения разнокалиберных зайцев по обдуриванию РЖД - от своры тёмноликих гастарбайтеров до весьма гламурной юной парочки или мужика в возрасте с обликом успешного манагера.
Тем не менее сегодня с удовольствием наблюдал редкий акробатический фокус: с электропоезда в Подольск сошёл мужик с ёмким рюкзаком за плечами и потрепанным велосипедом под рукой. Турист хренов - лет тридцати, лицо обожжённое солнцем,  худощав почти болезненно. Одеяние и снаряжение не производили впечатления изыска, но весьма функциональны.  Всё чётко как в аптеке.
Мужик подождал ухода состава на восток и заученными движениями вскинул велик поперёк ограждения, в два счёта перескочил сам, снял свой агрегат и спрыгнул вниз на полотно. Дальше уверенно почапал в туннель и пропал из виду. Весь цирк занял меньше трёх минут.
Давненько так не удивлялся способностям наших сограждан...

Profile

chautbenaht: (Default)
chautbenaht

March 2017

S M T W T F S
   1234
567891011
12131415161718
19202122232425
262728293031 

Syndicate

RSS Atom

Most Popular Tags

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Oct. 24th, 2017 05:57 am
Powered by Dreamwidth Studios